...Шаймерден примолк на минутку. Микрофон еще сильнее разразился шорохом,
скрипом, шумом дыхания. Затем Шаймерден прохрипел:
- Едике, дорогой, только ты, того самого, голову мне не морочь. Если
умер, то что ж теперь... У меня людей нет. Чего тебе понадобилось сидеть
рядом? Покойник, того самого, от этого не подымется, как я думаю...
- А я думаю, понятия у тебя никакого нет! - возмутился Едигей.- Что
значит - голову не морочь! Ты здесь второй год, а мы с ним тридцать лет
проработали вместе. Ты подумай. Среди нас человек умер, нельзя, не положено
оставлять покойника одного в пустом доме.
- А откуда ему знать, того самого, один он или не один?
- Зато мы знаем!
- Ну ладно, не шуми, того самого, не шуми, старик!
- Я тебе объясняю.
- Ну что ты хочешь? У меня людей нет. Что там будешь делать, все равно
ночь кругом.
- Буду молиться. Покойника буду обряжать. Молитвы буду приносить.
- Молиться? Ты, Буранный Едигей?
- Да, я. Я знаю молитвы.
- Вот те раз - шестьдесят лет, того самого, советской власти.
- Да ты оставь, при чем тут советская власть! По умершим молятся люди
испокон веков. Человек ведь умер, а не скотина!
- Ну ладно, молись, того самого, только не шуми. Пошлю за Длинным
Эдильбаем, если согласится, то придет, того самого, заступит вместо тебя...
А сейчас давай, сто семнадцатый подходит, готовь на вторую запасную...